Ненависть к себе — и никаких компромиссов. Как живут люди с пограничным расстройством личности

Как я живу с пограничным расстройством личности

Правильный диагноз мне не могли поставить несколько лет, а потом он полностью изменил мою жизнь.

Для описания пограничного расстройства личности, или ПРЛ, отлично подходит известное высказывание психолога Марши Линехан: «У таких людей попросту нет „эмоциональной кожи“. Даже малейшее прикосновение или движение может вызвать тяжелейшее страдание».

Поделюсь своим путем к постановке правильного диагноза, симптомами и советами по общению с людьми, у которых ПРЛ.

Сходите к врачу

Наши статьи написаны с любовью к доказательной медицине. Мы ссылаемся на авторитетные источники и ходим за комментариями к докторам с хорошей репутацией. Но помните: ответственность за ваше здоровье лежит на вас и на лечащем враче. Мы не выписываем рецептов, мы даем рекомендации. Полагаться на нашу точку зрения или нет — решать вам.

Что такое пограничное расстройство личности

Пограничное расстройство личности характеризуется постоянными изменениями настроения, самооценки и поведения. Это может приводить к проблемам в отношениях с другими людьми и импульсивным поступкам разного рода.

ПРЛ — Национальный институт ментального здоровья, США

В Международной классификации болезней 10-го пересмотра, или МКБ-10 , диагноза «пограничное расстройство личности» по факту нет, есть эмоционально неустойчивое расстройство личности, у которого два типа: пограничный и импульсивный. В МКБ-11 это уже отдельный диагноз, который так и называется — пограничное расстройство личности.

Для расстройства характерны несколько основных черт.

Самоповреждающее и рискованное поведение. Например, человек может наносить себе травмы или употреблять психоактивные вещества — пограничное расстройство повышает риск развития разных зависимостей.

Черно-белое мышление: человеку кажется, что может быть только плохое и хорошее, полутонов нет.

Проблемы с самооценкой. Люди с этим расстройством избыточно чувствительны к мнению окружающих, вступают в зависимые отношения, сильно боятся одиночества и могут идти на отчаянные действия, чтобы удержать близкого человека или привлечь его внимание.

Проявления пограничного расстройства личности схожи с проявлениями подросткового возраста: вспышки гнева, смена настроения, отчужденность, поэтому этот диагноз ставят после 18 лет.

Какие симптомы у пограничного расстройства личности

Признаки пограничного расстройства личности:

  1. Чрезмерный страх быть покинутой или покинутым, остаться в одиночестве и склонность прилагать излишние усилия, чтобы этого не случилось.
  2. Склонность к интенсивным, напряженным и нестабильным отношениям, с легким переходом от одной крайности к другой — от идеализации к обесцениванию партнера: «люблю и ненавижу».
  3. Нечеткие, нестабильные представления о себе: «Кто я?», «Что мне нравится?», «Чего я хочу?» — и выраженные колебания самооценки.
  4. Импульсивность, неожиданные поступки, которые несут потенциальную опасность, саморазрушающее поведение: злоупотребление психоактивными веществами, растраты денег, сексуальные эксцессы, переедание и другие.
  5. Суицидальные мысли и действия. Повторные самоповреждения, например порезы рук, без суицидальной цели, «для снятия эмоционального напряжения».
  6. Эмоциональная неустойчивость, перепады настроения. Обычно это короткие, от нескольких часов до нескольких дней, но интенсивные эмоциональные переживания. Подавленность и угнетенность могут сменяться приподнятым, эйфорическим настроением. Такие перепады могут возникать без видимых причин или при минимальных жизненных ситуациях. Например, партнер не ответил на сообщение.
  7. Постоянно испытываемое чувство внутренней пустоты, бессмысленности жизни.
  8. Чрезмерные проявления гнева, сложности с его контролем.
  9. В условиях стресса легко возникает подозрительность, могут быть мысли о преследовании и плохом отношении со стороны других людей, а также ощущение «нереальности» окружающего.

Почему возникает пограничное расстройство личности

Почему развивается пограничное расстройство личности, точно неизвестно.

ПРЛ — Национальная служба здравоохранения Великобритании

Биологические факторы. Есть данные, что развитие расстройств личности, в том числе и ПРЛ, может зависеть от генетических факторов.

Еще ПРЛ может быть связано с изменениями в некоторых отделах мозга, отвечающих за контроль над эмоциями. На его развитие могут влиять нарушения в работе системы нейромедиаторов — соединений, с помощью которых нейроны мозга общаются друг с другом, в частности серотонина.

Социальные факторы. Например, нестабильные отношения со значимыми взрослыми, недостаток любви в детстве, пренебрежение со стороны родителей, потеря близкого человека.

Сильно повышают риск любых психологических проблем эмоциональное или физическое насилие, а также сильный страх, пережитый в детстве. В таком случае ПРЛ может сочетаться с еще одним диагнозом — посттравматическим стрессовым расстройством, или ПТСР. Оно проявляется постоянными пугающими воспоминаниями о травмирующем событии и повышенной тревожностью. Чем нестабильнее обстановка вокруг и сильнее травмирован ребенок, тем больше шансов получить ПТСР.

Как я несколько лет лечила депрессию и боролась с тревогой

Впервые я обратилась к врачу почти восемь лет назад. У меня было расстройство пищевого поведения — оно часто сопровождает ПРЛ, но об этом я еще не знала.

Мой гастроэнтеролог в какой-то момент понял, что мои постоянные боли в животе связаны, скорее всего, не с физическими проблемами, а с ментальными. Мама отвела меня в государственную клинику, где мне попались некомпетентные врачи.

Психиатр говорил, что у меня анорексия, я выгляжу ужасно и не смогу найти себе партнера, потому что «мужики на кости не бросаются». Тогда я поняла, что ждать помощи от него не стоит.

С РПП я справилась сама, за два года прожив все этапы от анорексии до булимии и компульсивных перееданий. После решения вопроса с едой пришла депрессия. Здесь я уже сама не справлялась.

Мои дни были похожи друг на друга: постоянная усталость, апатия, не хватало сил даже на еду и чистку зубов, а в голове был только туман и никаких мыслей. Мой круг общения сильно сузился, потому что окружающие от меня видели только агрессию или вовсе не получали ответов. Так прошло несколько лет, потом я поняла, что мне нужна помощь.

На сайте «Профи-ру» я нашла психолога, которая жила рядом со мной. Тогда я еще не знала, чем отличаются психиатры от психологов и психотерапевтов, поэтому нужной помощи не получила.

Психологи обычно не работают с психическими расстройствами, кроме того, на сессиях я просто рассказывала, что меня беспокоит, больше никакой поддержки не было. Иногда я не могла подобрать слов и мы просто молчали.

Я проходила к специалисту около месяца и платила за каждую встречу по 1300 Р . Всего мы провели девять встреч. Единственное, что я получила, — ушел туман из головы. Несмотря на мое состояние и то, что психолог не могла ничего сделать с ним, она уговаривала меня остаться на терапии. Говорила, что это помогает, хотя я облегчения не чувствовала.

я потратила на психолога, который мне не помог

В итоге я не хотела больше тратить на себя деньги и потеряла доверие к врачам. Тогда узнала, что в Москве можно получить бесплатную психологическую помощь в МСППН — Московской службе психологической помощи населению.

Записи там нужно было ждать, но спешить мне было некуда. Примерно через полгода я смогла попасть к психологу. Я рассказала ей, что меня волнует, — на тот момент это были симптомы депрессии и апатии. Она сразу же сказала, что мне стоит поговорить с психотерапевтом, и я записалась к другому специалисту в этой же клинике.

Психотерапевт направила меня к психиатру, подсказав несколько врачей, которым доверяет. Она сказала, что у меня, скорее всего, депрессия и нужно медикаментозное лечение. В МСППН не принимают психиатры, поэтому я пошла в частную клинику, где за прием нужно было заплатить 4000 Р .

Психиатр в частной клинике диагностировал мне депрессию, назначил антидепрессант и транквилизатор. Мне повезло, что мой врач принимал не только в частной клинике, но и в государственной, поэтому на все последующие приемы я ходила бесплатно.

Со второго раза удалось подобрать удачные лекарства. Изменения мы фиксировали не только с помощью разговоров. В психиатрической клинике был тренажер на компьютере, где пациенту предлагалось пройти несколько тестов: на внимательность, скорость реакции, возможность различать лица и многое другое. Тесты я проходила с периодичностью примерно раз в месяц.

Такое тестирование не обязательно и не всегда отражает эффективность лечения, но мне нравилось, что результаты становились лучше с каждым разом. На лекарства тогда уходило примерно 1500 Р в месяц.

В тот же период я пыталась проходить когнитивно-поведенческую психотерапию. За год три раза начинала и бросала, у меня ничего не получалось. Дневник настроения был пуст, потому что я не различаю эмоции, дневник волнующих меня ситуаций и их разбора — тоже. Я не понимала, почему та или иная ситуация стала для меня важной. Всего у меня было пять встреч с психотерапевтом, стоимость одной — 3000 Р .

Тогда мы с врачом еще не знали, что у меня не просто депрессия с паническими атаками и тревогой, поэтому не сильно следили за моими эмоциями и чувствами, что важно при ПРЛ.

В какой-то момент я резко бросила пить назначенные таблетки и еще неделю справлялась с синдромом отмены. От таблеток отказалась, потому что казалось, что справлюсь и без них, кроме того, помогали они ненадолго, потом все начиналось сначала.

Месяц или два после отмены я чувствовала себя нормально и даже начала заниматься спортом. Потом тревога и симптомы депрессии вернулись, я помучилась еще несколько месяцев и пошла уже к новому врачу.

За полтора-два следующих года я сменила трех врачей в одной частной клинике, мне назначали разные виды медикаментов в разных сочетаниях и дозировках. Первичные приемы стоили 4000—5000 Р , повторные — 2400 Р . Ходила к психиатрам я раз в месяц для контроля состояния. Лекарства покупала то дженерики, то оригинальные, на них уходило около 2000—3000 Р в месяц.

От таблеток мне становилось легче ненадолго, примерно на месяц. В этот период мне уже поставили диагноз «эмоциональное расстройство личности», но не сказали об этом. Я узнала потом из медицинской карты, которую запросила перед сменой клиники.

Тогда же я обращалась за помощью и к гештальт-терапии — это одно из направлений психотерапии, направленное на развитие самосознания. Для меня сеансы были возможностью поплакаться, признать проблемы и получить поддержку. В течение трех месяцев я созванивалась с психологом каждые две недели. Одна сессия стоила 2000 Р .

я потратила на специалистов до того, как мне поставили верный диагноз

На лечение до постановки правильного диагноза я потратила 177 100 Р

ЛечениеРасходы
Лекарства в последние два года лечения55 000 Р
Регулярное посещение психиатров50 400 Р
Лекарства в первый год лечения15 000 Р
Когнитивно-поведенческая терапия, 5 сессий15 000 Р
Три первичных приема следующих психиатров14 000 Р
Сеансы гештальт-терапии , 6 сессий12 000 Р
Сессии психолога с «Профи-ру»11 700 Р
Прием первого психиатра4000 Р

Как диагностируют пограничное расстройство личности

В психиатрии нет специфических исследований, которые помогали бы поставить диагноз. На первом месте всегда клиническая картина, то есть проявления расстройств психики.

С пограничным расстройством личности в России интересная история. У нас до настоящего времени используется Международная классификация болезней 10-го пересмотра, где фактически такого диагноза нет, а значит, он долгое время находился вне поля зрения психиатров. Но отсутствие диагноза в классификации не означает отсутствие нарушений, ведь с момента принятия МКБ-10 прошло уже более 30 лет — она принята ВОЗ в 1990 году, — и понимание нарушений психики за этот срок заметно изменилось.

Сейчас многие современные врачи при постановке диагноза ориентируются на другие критерии. Наиболее четко они сформулированы в американской классификации психиатрических расстройств DSM-5. Аналогичные критерии используются в МКБ-11 , которая принята ВОЗ и должна вступить в действие в России в 2024 году.

Выше перечислены девять критериев, которые характерны для ПРЛ. Задача психиатра — выявить их во время беседы с пациентом. Основание для диагноза «пограничное расстройство личности» — наличие не менее пяти из девяти критериев.

Как мне поставили правильный диагноз и назначили терапию

После долгих попыток безуспешного лечения я решила еще раз сменить врача и обратилась к новому психиатру в другую клинику. Первый прием там стоил 7000 Р , а повторные — уже 6000 Р .

Медикаментозное лечение мне скорректировали. А с окончательным диагнозом метались между биполярным аффективным расстройством, или БАР, и пограничным расстройством личности.

По симптомам они похожи. БАР тоже протекает с чередованием периодов депрессивного и приподнятого настроения, но они обычно длительные и могут продолжаться несколько месяцев.

При ПРЛ периоды разного настроения сменяются в течение нескольких часов, реже в течение нескольких дней, то есть настроение постоянно нестабильное. При этом два этих расстройства могут встречаться одновременно у одного человека.

В итоге психиатр поставил мне пограничное расстройство личности. Теперь раз в полтора-два месяца я хожу к нему, чтобы контролировать состояние.

С этого же времени я стала ходить на схема-терапию — это терапия, ориентированная на то, чтобы человек изменил свои схемы поведения. К психотерапевту я хожу каждую неделю, один сеанс стоит 6000 Р . Чувствую, что мне это помогает.

Мои дезадаптивные схемы поведения, которые мы с психотерапевтом выявили на первой встрече. В левом нижнем углу находятся схемы, которых нужно достичь

Лечиться от ПРЛ сложно. Мои врачи никогда не знают, в каком состоянии я к ним приду и приду ли вообще. Периодически встречи проходят в режиме онлайн. Я часто опаздываю, звоню специалистам из разных мест: это может быть парк или мое рабочее место, остановка на улице или чужая квартира, шумная трасса или фудкорт. Иногда мне не хочется видеть моего врача, потому что кажется, что он во всем не прав.

Бывало, я чувствовала отвращение и решала, что мне нужен другой врач: я резко перехожу от идеализации человека до ненависти к нему. По этой причине многие врачи отказываются от пациентов с пограничным расстройством. Кроме того, людям с ПРЛ свойственно обесценивание собственных проблем, поэтому многие могут долго не обращаться за помощью.

За эти несколько лет я выработала для себя несколько правил выбора врача:

  1. На приеме меня внимательно слушают.
  2. Врачу важно все, что я считаю важным. Он не должен махать рукой и говорить, что нет смысла говорить о чем-то .
  3. Врач честно говорит о диагнозе, ничего не скрывает, описывает схемы лечения.
  4. Меня ставят в известность о препарате, который я буду принимать. Объясняют, как именно он работает, почему его назначили, какие побочные эффекты.
  5. Если что-то не нравится, я меняю врача.

К сожалению, никакие правила не помогают бороться с изменчивым настроением. Я стараюсь в такие моменты обращаться к фактам и говорить врачам, что я чувствую. Психиатры, как правило, относятся к частой смене врача нормально. Я ни разу не столкнулась с осуждением.

Как лечат пограничное расстройство личности

Основной метод лечения пограничного расстройства личности — психотерапия. Она необходима, чтобы достичь стабильного результата. Лекарства только сглаживают некоторые симптомы расстройства.

Больше всего доказательств эффективности в лечении ПРЛ у диалектической бихевиоральной терапии, или DBT. Могут применяться и другие направления: схема-терапия , терапия, сфокусированная на переносе, — TFP.

Тем не менее медикаменты также назначают большинству пациентов с ПРЛ. Обычно используют три группы средств:

  1. Стабилизаторы настроения, или нормотимики, — это препараты, которые сглаживают эмоциональные колебания, помогают поддерживать ровное настроение.
  2. Антидепрессанты — они помогают снизить выраженность эмоциональной неустойчивости. ПРЛ часто сопутствуют депрессивные и тревожные расстройства, обсессивно-компульсивное расстройство — для их лечения также используются антидепрессанты.
  3. Антипсихотики, или нейролептики второго поколения, — их назначают в низких дозах для коррекции импульсивности и агрессии.

Выбор схемы лечения зависит от симптомов конкретного пациента. Медикаментозная терапия обычно длится не меньше года, чаще несколько лет.

Как я справляюсь с проявлениями пограничного расстройства личности

Бессонница. Я страдаю проблемами со сном с самого детства. Перепробовала все: от горячего молока на ночь до того, чтобы сильно устать за день.

К сожалению, универсального решения этой проблемы у меня нет. Я спасаюсь только таблетками: психиатры прописывали мне транквилизаторы для сна, сейчас у меня антидепрессант с сильным седативным эффектом — либо просто не сплю.

Тревога и приступы паники. Она настигает часто неожиданно и в самые спокойные моменты. Просто разговаривая с подругой, я могу начать дергать ногой, нервно ломать ногти, расчесывать ногтями кожу или залипать в телефон. Это проявляется также учащенным сердцебиением, дрожью в теле, желанием подвигаться, сильным страхом.

Чтобы избавиться от этого чувства, я вяжу, переключаюсь на сериалы, слушаю медитативные практики, начинаю больше двигаться, обращаюсь к метафорическим ассоциативным картам или Таро. Метафорические ассоциативные карты — это карточки с рисунками, которые можно интерпретировать, опираясь на свой опыт.

К карточкам я прибегаю, когда моя тревога связана с будущим. Меня крайне пугает неопределенность, а это шанс хоть немного определиться, пусть и несколько иррациональный.

Ощущение одиночества и покинутости. Ощущается как незаполненная дыра в грудной клетке. В такие моменты я уверена, что мне не к кому обратиться, никто не поможет. Чувство, что я одна во всем мире.

Спасает шум на фоне, например фильм или сериал. Еще у меня три кота, которые периодически просят внимания, и я уже не одна. В периоды, когда я сильно ощущаю одиночество, помогают друзья, которые если не могут приехать, то хотя бы позвонят или напишут.

Иногда, чтобы почувствовать, что я не одна, ищу встреч с разными мужчинами. Я склонна погружаться в человека, который дает мне внимание, словно пытаюсь закрыть внутреннюю «дыру». Если я не получаю достаточно внимания, то проявляю агрессию, а впоследствии меняю «жертву». Пытаюсь справиться с этим с помощью психотерапии.

Резкие перепады настроения, гнев и агрессия. За час я могу пережить огромный спектр эмоций, это очень утомляет. Причем триггером может стать все что угодно: неправильное высказывание со стороны собеседника, просто действие, которое мне показалось неверным, или мнение, противоположное моему. Агрессировать я могу даже на банальные вопросы о моем самочувствии.

Читать статью  Как лечить неврастению

Я стараюсь предупреждать людей об особенностях моего поведения, выхожу из диалога, если чувствую, что скачусь в агрессию, пытаюсь отвлечь себя. Мой психотерапевт советует проживать агрессию и дать ей выход: порвать лист бумаги, позаниматься спортом, побить подушку, прокричаться.

Смены интересов, хобби и желаний. У меня нет одного хобби, они постоянно меняются. Я не могу сказать, какой у меня любимый фильм или музыка. Потому что сегодня мне нравится одно, а завтра я уже интересуюсь абсолютно полярным. Я никогда не знаю заранее, что меня ждет на следующий день.

Суицидальные мысли и деструктивное поведение. Впервые я задумалась о суициде лет в 14. Дальше эти мысли меня преследовали в течение жизни. Как-то я жила с утечкой газа в квартире несколько месяцев, прекрасно об этом зная. Я топлю свои негативные эмоции в алкоголе. Раньше я резала себя, но затем заменила этот ритуал на набивание татуировок на своем теле.

С такими мыслями сложно справляться. Немного помогают медикаментозное лечение, осознанность и постоянная поддержка психотерапевта. Еще я иногда выхожу на улицу в мороз или принимаю душ: это отрезвляет.

Нестабильная самооценка. Мне нужна постоянная оценка со стороны. Я сомневаюсь в том, правильно ли я делаю работу, правильно ли выгляжу, если не получаю обратной связи от людей. Каждая ошибка для меня — трагедия, но от похвалы могу почувствовать себя способной на все. Я могу неделями думать о том, что сделала неправильно какое-то действие, хотя оно и не понесло за собой последствий.

Чтобы справиться с этим, стараюсь сама себе делать комплименты, напоминаю себе, что я делаю и почему, смотрю на результаты работы. Это не всегда срабатывает, но тут нужно идти маленькими шагами и учиться ориентироваться на свои ощущения, а не только на других.

Сложности с коммуникацией. Меня бросает от любви к ненависти. Я часто конфликтую и меняю из-за этого места работы. Ни в одних отношениях я не продержалась дольше нескольких месяцев, а общение с друзьями сведено к паре встреч в год. Если я чувствую, что меня могут отвергнуть или отказать мне в чем-то , то делаю это первой, чтобы избежать эмоций.

Все, что происходит, — всегда катастрофа: яркие эмоции, сильное чувство вины. Если я чувствую, что получаю меньше внимания, — истерика. Сразу ощущаю себя брошенной и покинутой. Учитывая мои особенности поведения, я всегда стараюсь предупреждать друзей и близких о своем состоянии и рассказываю, как не нарваться на еще больший негатив.

Как лучше общаться с людьми, у которых пограничное расстройство

Со мной, как и со многими людьми с ПРЛ, хорошо работает метод SET-UP . О нем есть в книге «Я ненавижу тебя, только не бросай меня. Пограничные личности и как их понять» Крейсмана и Страуса.

SET расшифровывается как support, empathy, truth — поддержка, сочувствие, правда.

Важно, что из этого треугольника коммуникации нельзя выкинуть ни одну из частей, иначе человек с ПРЛ уйдет в конфликт или вовсе прекратит общение:

  1. Поддержка должна выражаться в форме озабоченности от первого лица: «Я беспокоюсь о том, как ты себя чувствуешь». Главное, что нужно выражать свои собственные чувства и ощущения.
  2. Сочувствие: «Должно быть, ты чувствуешь себя расстроенным». Важно подтвердить чувства человека с ПРЛ. Не надо пытаться проявлять жалость или говорить о том, что чувствуете то же самое. Скорее всего, это не так. А фраза «я знаю, как тебе плохо» вызовет лишь насмешку и злость.
  3. Правда: нужно опираться на факты о ситуации и не уходить в обвинение. Например: «Ты уволился, денег тебе хватит на пару месяцев. Я могу помочь тем, что оформлю твое резюме, а ты поищешь новую работу».

UP — это understanding, perseverance, или понимание и настойчивость. Это цели, которых должны достигнуть оба участника.

Человек с ПРЛ должен осознать, каковы причины его действий и их последствия. Понять, что он влияет на свою жизнь и может ее менять. Ему нужна настойчивость, чтобы не бросить лечение, потому что любые изменения даются с трудом.

Для близких человека с ПРЛ понимание — признание чувств и эмоций человека. То есть принятие того, что негативные высказывания и агрессия — это особенности поведения. Настойчивость им нужна, чтобы продолжать общение с человеком с пограничным расстройством, не переставать напоминать ему о своей готовности помочь, отрезвлять и помогать найти истинную причину событий, опираться на факты, не давать ориентироваться только на эмоции.

Общение с человеком с ПРЛ — это всегда стресс, поэтому окружающим нужно больше заботиться и о себе. Потребуется много терпения и сил, чтобы выдержать резкие смены настроения и сохранить отношения.

Главное — понять, что это не ваша вина и повлиять на ПРЛ вы не сможете. Однако если оставаться в стабильном состоянии и поддерживать человека с расстройством, он со временем перестанет видеть в близких потенциальную угрозу, а значит, и вспышек агрессии станет меньше.

В России существует ресурсный центр «Пограничное расстройство личности». Он рассчитан на москвичей, но на сайте можно найти личные истории людей с ПРЛ, литературу по теме и особенности этого расстройства.

Сколько стоит лечить пограничное расстройство личности

В качестве психотерапии я выбрала схема-терапию , срок лечения составляет от года до трех лет в зависимости от сложности случая. Мне психотерапевт сказал, что мы управимся за год.

Посещать психотерапевта нужно каждую неделю, прием стоит 6000 Р . Кроме этого, каждые полтора-два месяца я посещаю психиатра, прием которого стоит тоже 6000 Р .

Для поддержания нормального психического состояния я сейчас принимаю нормотимик и антидепрессанты. Так как у меня выраженные депрессивные эпизоды, мне нужно принимать таблетки длительное время: с момента, как мое состояние станет стабильным на фоне психотерапии, это еще 6—12 месяцев.

На препараты сейчас уходит примерно 2000 Р в месяц. Мне часто меняют таблетки, поэтому стоимость приблизительная.

Медикаментозным лечением можно снять симптомы, которые мешают нормально жить, а с помощью курса психотерапии получится выйти в ремиссию и значительно улучшить качество жизни. Рецидивы возникают крайне редко и связаны с аффективными состояниями.

На лечение пограничного расстройства я трачу 372 000 Р в год

ЛечениеРасходы
Посещение психотерапевта каждую неделю312 000 Р
Посещение психиатра раз в 2 месяца36 000 Р
Медикаменты24 000 Р

Можно ли вылечить пограничное расстройство личности

Мы не можем полностью убрать симптомы пограничного расстройства личности. Однако его проявления можно сгладить: скорректировать ярко выраженные негативные черты, достичь некоторой стабильности, улучшить социальную адаптацию.

При этом суть личности изменить нельзя, особенности человека сохраняются. На самом деле задача лечения — не устранить эти особенности полностью, а научить человека с ними жить, четко их осознавать и управлять ими.

Запомнить

  1. Пограничное расстройство личности отличается нестабильным настроением, перепадами самооценки, зависимостью от мнения других людей и острым страхом одиночества.
  2. Риск развития ПРЛ повышают генетические факторы, стрессы и насилие в детском возрасте, плохое отношение к ребенку со стороны значимых взрослых.
  3. Пограничное расстройство личности обычно лечат психотерапией, однако медикаменты тоже могут понадобиться, чтобы снять некоторые симптомы и облегчить жизнь.
  4. Близким людям сложно общаться с человеком с ПРЛ, нужно немало терпения, чтобы сохранить отношения.
  5. С помощью курса психотерапии может получиться выйти в ремиссию и значительно улучшить качество жизни.

Дарья Батыршина

Загрузка

в таких историях мне всегда интересно, откуда берут деньги на жизнь (и самое главное — на лечение) люди, которые описывают это всё?

ну то есть, были статьи тоже, где писали: я два года ходила по врачам, не могла нормально жить, хотела только спать и лежать и тп.

т.е понятно, что человек скорее всего не работал, откуда берете деньги элементарно на еду и жилье, а также на оплату всех врачей и лекарств?

Ольга Селиванова

What, могу сказать за себя. Лечилась бесплатно в ПНД, получала стипендию, подрабатывала по вечерам буквально часа 1,5 — 2, меня кормила сестра, звала к себе на поесть, когда жили вместе — готовила нам еду.

Деньги нужны были только на лекарства, проезд, особых трат не было, желания тратить деньги тоже не было. Еда, крыша над головой, таблетки, немного денег для маневра и нормально.

Сейчас у меня с деньгами все сильно лучше, но я по прежнему хожу в ПНД к психиатру — бесплатно, он хороший (наконец-то! До этого редко везло с участковыми), психотерапевт сейчас тоже бесплатный (мне повезло), поэтому лечение мне обходится примерно в стоимость антидепрессантов. Если не считать траты на книги, новые хобби, психобразование и так далее. Но так везет не всем.

Я до сих пор впадаю в состояние «нет сил», но эти силы я экономлю за счет того, что у меня удаленная работа, офис сжирал бы большую часть моей энергии: дорога туда и обратно, живое общение, шум, невозможность побыть наедине с собой. А еще поведенческая активация помогает.

Поэтому, тем, кому надо лечиться, а денег не особо, я рекомендую все же проверить ПНД может и хорошо все там. Лучше лечиться и пытаться справиться так, чем никак. Но тем, кто зарабатывает и может заработать на лечение сам в таком состоянии — мое восхищение!

Ольга, после пнд как на работу устраиваться, продавать недвижимость?
с данными, что проходил лечение в пнд могут быть потом проблемы?

Ольга Селиванова

Не, вообще не должно быть проблем. Спрашивала у своего участкового психиатра этим летом, справку на права мне готовы дать, единственное, что потребуется кто-то еще из врачей психиатров — он один выписать не может, что со мной все ок)

С оружием, если есть желание получить разрешение — тоже ок, но опять же, порядок получения справки немного другой — заключение не одного врача психиатра.

С работой — не работаю на госслужбе и в органах — не думаю, что частной компании интересно состояние моего ментального здоровья. Возможно, если бы пошла в органы, то при прохождении медкомиссии ко мне бы присмотрелись.

Насчет недвижимости — могу продавать спокойно, мое расстройство не влияет на мою дееспособность, кроме того, не думаю, что покупатель попросит справку из ПНД, а если и попросит, то они и выдадут, что на учете я не состою — это так. Хотя насколько знаю, сейчас этого учета и нет.

What, работают, тратят накопления, берут взаймы, получают помощь от близких, иногда собирают деньги на лечение в соцсетях.
Я работала параллельно с учёбой, чтобы оплачивать своё лечение. Плохо работала, плохо училась и плохо себя чувствовала. Но где-то через полгода появился результат, и теперь я чувствую себя хорошо) Мне повезло найти психиатра за 1500 и психолога за 2500. Путь был долгим, но через несколько лет я наконец-то близка к выздоровлению. А прл хоть и стало контролируемо, останется со мной ещё надолго

What, я работаю с 2015 года и сама оплачиваю своих врачей. Несмотря на отсутствие сил и прочее. Иногда помогают родители.

Не, зарабатываю и полностью оплачиваю всё сама 🙂 никто никогда не помогал деньгами, помогали только тем, что советовали знающего врача (и это даже более ценно!)

Я привык постоянно превозмогать свой ПРЛ, компенсировать его логическим мышлением. Сейчас у меня диплом бакалавра и магистра по строительной специальности: работаю в строительной сфере. На лечение выходит ~20 тысяч в месяц, и я вполне могу его себе позволить.

Дарья, спасибо за статью. Предположу, что самое сложное это поставить и осознать диагноз.

Повелительница, для меня было сложным жить в неопределённости и непонимании. Диагноз помог осознать, что моему поведению есть объяснение

Дарья, а я очень тяжело принимала диагноз, потому что ощущала, что по сути целиком состою из этого расстройства личности и «своего» у меня ничего и нет. По сути все мои черты, все моё поведение — все было прям по диагнозу. И я была очень подавлена, понимая, что меня по сути и не существует, а есть просто диагноз.

Вероника, как мне кажется, многие именно по этой причине бояться узнать диагноз и не идут за помощью

Дарья, лучи поддержки.

Моя лучшая подруга — пограничница, поэтому могу представить, каково вам. Круто, что нашли в себе силы описать о своем опыте!

Ольга, -_ вы серьезно? а рак тоже потом причастием если что лечить?

До безумия Вас понимаю.
С друзьями проблем нет. Потому, что их больше нет. Не понимаю людей и их поведение.
Нет,я не грубую, не поливают их своими токсинами но и не могу прощать их непонимание. У тебя прл? Да ты гонишь. Прикрываешь жопу своим диагнозом ( реальна фраза бывшей подруги)
С мужем не просто качели, там уже полет солнышком.
От мыслей о суициде спасает дочь. Она счастье и свет. Не могу представить, что будет когда она вырастет и уедет. Страшно.
Родители нанесли столько психотравм, что представить страшно. И побои и сцены насилия.
Если описывать состояние души то это просто хаотичные линии в беспорядке.
И пустота.
Живу. Пытаюсь. Надеюсь.

Фрося, некоторые мои друзья тоже считают, что диагнозы отдельно — мое поведение отдельно, для них я просто прикрываю свое «безумие» диагнозами. Очень вас понимаю.

Постарайтесь начать психотерапию до отъезда дочери, вам это должно помочь в будущем

Фрося, столкнулась с тем же самым. Некоторые люди из окружения называют меня притворщицей,возмущаются тем, что по их мнению я слишком остро чувствую и реагирую («Почему ты не можешь вести себя нормально и все так остро переживаешь? Просто попустись»), говорят, что я специально нашла таких врачей, чтоб мне диагноз поставили, потому что диагноз мне нужен, чтобы казаться особенной и прикрывать им свое поведение. Либо говорят, что я просто возомнила, что от них отличаюсь своим восприятием мира, что они чувствуют не менее остро. Ну и, конечно, классическое «О, да у меня тоже бывает раз в 5 лет такой симптом, значит у меня тоже ПРЛ!»

Это очень тяжело и больно от них слышать. Я пришла к выводу, что ничего не остаётся, кроме как от таких людей отдаляться. У меня есть и друзья, кто относится с пониманием и я надеюсь встретить больше таких людей в будущем. Как минимум я знаю, что они существуют :)

Фрося, обнимаю вас

sara, пограничное расстройство схоже с некоторыми другими. Если вам не нравится качество вашей жизни, то лучше обратитесь к врачу за точным диагнозом 🙏

Алиса, ещё наверное причина, почему мне важно иметь доход, в том, что одно из моих самоповреждающих поведений — шопоголизм. Неловко признать, но я живу не по средствам, часто срываюсь и трачу с кредиток, хотя каждый раз себе обещаю, что никогда больше не заведу кредитную карту, потом долго их закрываю. в общем, доход мне просто необходим 🤷🏽‍♀️

Andrey, это очень странный комментарий. с чего такие выводы, я вообще не понял. я задал вопрос, я не говорил: нафига ты идешь к врачу. мне интересно было — я спросил

Ольга, вы меня конечно простите, но вы бы ещё прикрепили ссылку для скачивания библии. Если вы не знаете куда лезете со своими советами то, может быть, и не стоит вообще этого делать. Медицина не с одной культурой несовместима. Не с православной, не с буддиской и т.д. Пока Ваши боги лечили от туда, наши врачи лечили здесь. И как вам известно, врачи с этим отлично справляются. Может вы лучше углубитесь в мирские проблемы, чем в божественные? Если ВАС это успокаивает и даёт чувство защиты, то оставьте это для себя и не пропогандируйте всему народу ВАШУ религию и веру. Спасибо

Malina, расстройство личности на то и расстройство личности, что являются неотъемлемимы частями человека. Можно научиться с ними жить, о чем и написано по вашей ссылке

Алиса, где получится, там и работаем, если честно)

Спасибо за статью, об этом так мало говорят. А оставаться наедине с этой проблемой, это дорога в один конец. Даже знание о том, что есть люди с таким же расстройством как у меня (ПРЛ), это уже как-будто не одна в этом кошмаре.

Ольга, в свете сегодняшних событий для меня православная церковь простите вообще не приоритет. И причастие это не лекарство, это антинаучно и антигуманно

Может я и не права- но тема считаю не раскрыта со стороны взаимоотношений в обществе. Автор не пишет как складывается обстановка на её работе и в семье

Костямба, а я задалась вопросом — как живется рядом ставим человеком. Что думают, родители и партнер

Анастасия, у меня нет партнера и живу одна. Друзьям просто тяжело, родители иногда в отчаянии, что не могут помочь. Но они не давали согласия на описание взаимоотношений с ними. Плюс это потянет на еще одну статью по объему.

Анастасия, на этот вопрос вряд ли ответит автор. С её точки зрения происходящее одно, близкие возможно видят все иначе. Но хотябы описать ситуацию стоило

Читать статью  Неврозы этиология патогенез классификация клиника диагностика лечение

Анастасия, немножко личного опыта — тесно общалась с человеком с таким диагнозом, и для себя твердо решила, что никогда больше по доброй воле ни на что подобное не пойду. Пусть и не по своей вине, но пограничники нередко ЖУТКО треплют нервы близким, это очень тяжело.

Костямба, у моей сестры эта проблема. Очень тяжело. Сначала было просто жутко, обидно и непонятно, что происходит с близким человеком и вашими отношениями, непонятно, почему у неё не складывается личная жизнь, дружба или работа, хотя красивая, умная, талантливая. Со временем я поняла, о чем речь. Никогда не знаем, кто из семьи следующий, с кем прекратит контакт, кого возненавидит, чередуя эти этапы с всплесками любви и нежности, возвышения в небо и опуская в грязь одинаково неприятно. Мы среднестатистическая семья, как все другие, со своими проблемами и радостями. В детстве были конечно травмы. Отец, когда выпивал вёл себя непотребно. Нас трое детей, конечно же мы боялись и все такое. Каждый получил свою травму. Сестра старшая. Явно её психика оаказалась слабее. Она то идеализирует слишком, то презирает. В данный момент мы дошли до точки невозврата: без объяснений вышла из всех семейных групп в ватсаппе, не отвечает на звонки, сообщения никому, кого-то заблокировала. С отцом контакта нет давно, с матерью месяца три, со мной тоже через раз по слову, брат все пытается говорить, но и там не помогает. После развода с супругом, друг есть 8 лет уже. С ним постоянные качели. То он лучший, то животное. Периодически его блокирует, не выпускает в дом, не отвечает, без объяснений причин. Через пару месяцев все по новой. Постоянный кач.
Мы не в силах помочь, к сожалению. Пытались по всякому помагать. Жаль, что племянник- подросток копирует. Так же не отвечает, игнорирует и явно теперь оба считают нас всех абьюзерами и манпуляторами. Хотя всё, чего мы хотим- это просто помочь и проводить вместе время. Мы не идеальны и не ищем идеальных. Мы пытаемся прощать свои обиды и жить дальше свои неидеальные жизни вместе.

Barina, да и навязываете своё общение тому кто его не хочет. Ну заблочила и заблочила, разберётся со своими тараканами и разблочит. Странные вы люди вообще — хотите чтобы другие соответствовали вашим ожиданиям, хотя не должны

Костямба, невозможно в одной статье уместит УСЁ, ну это же блин не книгая, а рассказ в общих чертах

Алиса, я вот получаю 230 000 руб в месяц. Не нужно ставить на людях с ПРЛ клеймо, думая, что все они бедствуют и живут в картонных коробках :)

Я работаю руководителем департамента и подо мной ещё 2 линии сотрудников в подчинении: тимлиды и линейные сотрудники.
У меня достаточно сильно выражены симптомы прл, и у меня очень часто суицидальные мысли. Я прнимаю лекарства, хожу на терапию. Но у меня притом всегда были сильно выражены лидерские качества. Мне невероятно мучительно работать на линейной позиции, особенно на рутинной работе, я очень страдаю. Но мне нравится работа руководителя, выстраивать процессы, стратегии, создавать атмосферу в команде, принимать решения, брать ответственность. И это всё у меня хорошо получается, на меня на рынке спрос. Но это моя рабочая сторона :)

Но мне все ещё сложно наладить work life balance, иногда я так себя выматываю на работе, что это сказывается на психике. Выход есть: планировать отдых, но иногда сбиваюсь, думаю, вот сейчас поднапрягусь, не поотдыхаю, чтоб доделать задачу, а там потом отдохну, но потом очень долго и мучительно пытаюсь прийти в себя и не всегда получается самостоятельно.

Ненависть к себе — и никаких компромиссов. Как живут люди с пограничным расстройством личности

Пограничное расстройство личности (ПРЛ) считается одним из наиболее сложных для лечения психических расстройств.

  • расстройство самовосприятия, целей и внутренних устремлений;
  • хроническое ощущение пустоты;
  • склонность вовлекаться в напряженные и нестабильные межличностные отношения
  • саморазрушающее поведение, включая суицидальные жесты и попытки.

Звучит невесело, правда? Расстройство лечится с трудом, основным средством выступает психотерапия.

Мы пообщались с двумя девушками, которым был поставлен диагноз, о том, как они живут с ПРЛ, и спросили врача-психотерапевта, как помочь таким людям.

Люба, 26 лет, IT-специалист, Германия

Как ты себя чувствуешь сейчас?

— Мое состояние сложно описать одним словом. Вообще, у меня не одно ментальное заболевание. С пограничным расстройством личности и анорексией есть проблемы, в остальном я стабильна — спасибо лекарствам и психотерапии.

Перед беседой я попросил тебя выразить суть ПРЛ одним словосочетанием. Твой ответ — невозможность выстроить отношения. Как это проявляется?

— Я не могу быть стабильной в любых отношениях: в романтических, в дружеских, в рабочих. Я не могу видеть все в адекватном свете, потому что вижу только черное и белое. Либо все отлично, либо все очень плохо, и меняется это мгновенно. Если сегодня я идеализирую человека и у меня развивается нездоровая зависимость от него, то завтра это может пройти по щелчку пальцев, из-за ерунды: не то сказал, что-то не так сделал — и сразу стал врагом номер один. Или становится резко скучно. Проходит первая влюбленность, и когда у всех начинаются нормальные отношения — у меня они заканчиваются.

Погоня за страстями — это такой способ скорректировать эмоциональную нестабильность?

— Нет, скорее, эмоции для нас — как наркотики. Люди с ПРЛ часто употребляют алкоголь и наркотики, часто зависимы от адреналина и прочих аддиктивных вещей — нам хочется заполнить себя какими-то эмоциями, но не потому, что ты нестабилен, а потому, что этих эмоций у тебя нет. Ты чувствуешь пустоту внутри и пихаешь туда всякое: разных людей, какие-то занятия, алкоголь и т. п.

Какой вид терапии ты проходишь, чтобы адаптироваться к ПРЛ?

— Сейчас я меняю психотерапевта. Меняю когнитивно-поведенческую психотерапию на эмоциональный подтип когнитивно-поведенческой терапии, то есть буду учиться именно работе с эмоциями.

Есть ли в Германии стигматизация психически больных? Как относятся твои знакомые, когда узнают, что у тебя расстройство?

— В Германии никакой стигматизации нет, но и мои русские коллеги тоже знают об этом и относятся лояльно.

Я вообще фанат борьбы со стигматизацией. Я не стесняясь рассказываю о том, что у меня есть ментальные заболевания, все мои коллеги и друзья это знают. На конференциях внутри компании я читаю доклады о ментальных заболеваниях, стараюсь просвещать как можно больше людей. В частности, поэтому я и даю это интервью, чтобы снять стигму заболевания. Я хочу, чтобы люди, которые знают меня как успешного человека, или не знают, но в принципе понимают, что я успешный человек — работаю в крупной фирме, получаю хорошие деньги, живу в отдельной квартире, — осознали: люди с ментальными заболеваниями могут добиться многого, это не конец жизни.

Что будет сложным в отношениях для партнера человека с ПРЛ?

— Говорю без прикрас: сложно будет все: от бытовых мелочей до отношений в целом. Мне трудно говорить на эту тему, так как у меня не было успешных долгосрочных отношений, кроме единственных, и это были отношения с нарциссом, которые длились 2,5 года. Человек с нарциссическим расстройством личности всегда притягивается к человеку с ПРЛ. Наши расстройства очень гармонично дополняли друг друга. И к сожалению, мучали нас обоих. Но как факт, это был самый долгий союз. Со здоровыми людьми у меня так не получалось никогда. Поэтому здесь никаких советов я дать не могу и, если честно, хотела бы получить их сама.

Один из симптомов — это расстройство идентичности. Как оно ощущается?

— Ощущается, что у тебя нет личности, нет своих привычек. До 25 лет я даже не знала, что я люблю есть. Живя с каким-либо человеком, я подстраивалась под его пищевые привычки и режим дня. Если я живу с совой, то ложусь и встаю, как сова, и наоборот. Сейчас я живу одна, и мне очень тяжело. Часто бывает, что я не могу себя ничем занять. Начинается паника, потому я не могу быть одна, наедине с собой мне просто плохо. В связи с этим у меня много друзей и знакомых, с которыми я провожу время.

Ты пытаешься заполнить себя другими людьми?

— Не другими людьми, а частями личностей других. Ты просто не имеешь собственной личности и отрываешь кусочки ото всех. Поэтому я часто подстраиваюсь под людей, веду себя так, чтобы им было приятно. По сути, это неосознанные манипуляции. Сейчас я много работаю с психотерапевтом и лучше понимаю, когда манипулирую. И останавливаю это.

Можешь ли ты найти положительные стороны у ПРЛ?

— Нет (смеется). Однозначно нет в этом ничего хорошего. Все думают, что это так здорово, потому что ты такой весь эксцентричный и необычный. Но это ужасно и заставляет тебя страдать. И видя, как из-за тебя страдают другие, страдаешь еще больше. Жить с ПРЛ можно, но это тяжело. Обязательно нужна психотерапия. Медикаменты здесь не помогают, разве что успокоят в моменты обострений.

Аня (имя изменено), 22 года, Россия

Каково твое ментальное состояние на данный момент?

— Сейчас состояние подвешенное. Тревожность берет свое. Но удается порой смотреть «извне», тогда дела выглядят не такими уж плохими.

Ты боишься стигматизации, сталкивалась с ней?

— Да. С детства я чувствовала отчужденность. Свою импульсивность и внезапную агрессию я до сих пор не принимаю, но выросла я в постоянном чувстве вины. Когда я откровенна с людьми и делюсь своими переживаниями, то оказываюсь для них мягкотелой, ленивой, будто сама что-то себе выдумала, чтобы вызвать жалость. Так выглядит со стороны, и это вызывает еще большую ненависть к себе.

Когда ты осознала, что что-то не в порядке? Как поставили официальный диагноз?

— После школы. До того был мрачный период: я не знала, куда себя деть, искала опасность намеренно, связывалась с плохими людьми, гуляла по ночам одна — лишь бы со мной что-то случилось. Я была просто потерянной.

Но однажды я попала на лекцию «Феномен суицида в философии и психологии», которую читал практикующий психотерапевт. Тема была близка мне. Я часто думала о суициде во время обострений. После лекции решилась подойти к врачу, но подобрать нужных слов не смогла — заплакала, однако при этом чувствовала, что именно этот человек знает, что со мной происходит. Он все понял и протянул мне визитку, попросив непременно с ним связаться. Меня расположила его отзывчивость.

Записаться на прием к нему сразу не получилось — плотный график. Я, полная чувства стыда за себя и ненависти к себе, пошла к другому «специалисту». В первый же прием он указал мне на то, как я, по его словам, неподобающе себя веду, и в целом был высокомерен. Я не была тогда удивлена, потому что уже привыкла быть виноватой. Но сейчас меня дико злит, что такие люди усугубляют положение с трудом решившихся на откровенность пациентов. Я не говорю сейчас о его навыках как специалиста, потому что диагноз поставил мне именно он, но эмоциональное давление здесь недопустимо. Диагноз помог мне более внимательно относиться к своему состоянию.

Как твое расстройство сказывается на общении с людьми?

— О, я из тех тихих «пограничников», у которых все переживания — внутри. С виду я приветливая и дружелюбная, все привыкли видеть меня веселой. От этого мне еще тяжелее, но страх быть в одиночестве приводит к полной растерянности. Я будто никто, если никого нет рядом, при этом неважно, кто этот «кто-то»: он может быть совсем не близок мне. Поэтому в моем кругу много приятелей, друг на друга не похожих. И поэтому я позволяю пренебрежительно относиться к себе.

Мое эмоциональное состояние легко меняется. Утро может начаться с депрессивных мыслей, дальше я отвлекаюсь и нахожу радости, потом — в один миг — я впадаю в ярость, не управляю собой, веду себя вызывающе, громко, лезу на рожон.

Люди мне приятны, они вызывают у меня искренний интерес. На расстоянии я умею радоваться за них, принимаю всех такими, какие они есть. Этим людей я и привлекаю. Но если хочешь узнать меня лучше, то потребуется время, чтобы между нами возникло доверие. Потому что окружающих я по умолчанию вижу как обидчиков, додумываю за них гадости, крайне мнительна. И это тоже я в себе ненавижу.

Занималась ли ты селфхармом?

— Аутоагрессия — тоже некоторая форма селфхарма. Еще были алкоголь, наркотики, намеренно деструктивный образ жизни, связи с людьми, которые мучают тебя. Я била себя по голове, била стены, чтобы наказать себя.

Как ты адаптируешься? Проходишь терапию?

— В тяжелый период ходила к психотерапевту, он сказал, что мы будем просто разговаривать. Попутно я проходила тесты, отслеживала свое состояние, делилась сокровенным и находила поддержку, за что я ему очень благодарна. Он рекомендовал литературу по моей теме, и, изучив ее, я обрела надежду на выздоровление.

Сейчас я не хожу на прием, но уже знаю, как совладать с тем, что раньше вселяло ужас. Шаг за шагом я иду к преображению.

Что для тебя главное в работе с ПРЛ?

— Умение отделять свои деструктивные ощущения от реальности. Понимание, что мое восприятие ограничено и часто наносит мне ущерб. Я только начала, еще многому предстоит учиться. Потому что различать это очень тяжело, такое не прочтешь в книжке и не поймешь: «О, вот оно как, теперь буду знать».

Как ты поймешь, что выздоровела?

— Моменты, когда я ощущала себя собой, чувствовала подъем и энергию, для меня были наивысшим счастьем. Поэтому, когда я приму себя и буду проявлять себя свободно, я пойму, что справилась.

Комментарий специалиста:

Юрий Калмыков, врач-психотерапевт, кандидат медицинских наук

Пограничное расстройство личности не является приговором. Такое вообще редко можно сказать про ментальные заболевания, минимальную поддержку людям с ними предоставить всегда реально. Тут все зависит от тяжести расстройства: в легких случаях люди учатся жить с ним сами, адаптируются интуитивно или читая специальную литературу, оказывают самопомощь. В тяжелых же случаях не обойтись без вмешательства специалиста.

Главным конструктивным навыком для больных ПРЛ является умение видеть полутона жизни, видеть компромиссы, а не только крайности. Романтическому партнеру человека с ПРЛ можно посоветовать быть терпимее к личностным границам своего партнера. Важно не брать на себя роль специалиста, а просто быть рядом, особенно в тяжелые моменты.

«Настя, хватит ныть!»: Как живется с биполярным расстройством и пограничным расстройством личности

«„Настя, хватит ныть!“ — так начинается разговор с любым моим близким человеком, когда я делюсь своим состоянием. Я не ною. Я Настя. У меня биполярное расстройство личности, пограничное расстройство личности и депрессия. Я борюсь с ними».

Анастасия Андреева ведет популярный канал в в телеграме о том, как жить, работать и быть счастливой, если у тебя биполярное расстройство, смешанное с пограничным расстройством личности. С разрешения Анастасии мы выбрали и опубликовали ее самые яркие посты, а также попросили доцента кафедры психиатрии и психосоматики в ПМГМУ им. И. М. Сеченова Викторию Читлову дать комментарий и рассказать чуть больше о самих заболеваниях.

Как живется с биполярным расстройством и пограничным расстройством личности

Я живу с этими состояниями с детства, но всегда думала, что это нормально: просто я неуравновешенная истеричка и постоянно ноющая любительница пострадать. Только на один вопрос я не могла себе ответить — почему я хочу умереть?

Биполярное аффективное расстройство (БАР) — расстройство, которое характеризуется двумя или более эпизодами депрессии и мании, при которых настроение и уровень активности пациента колеблются и значительно нарушены. Эти нарушения представляют собой эпизоды стойкого (не менее двух недель) подъема настроения, прилива энергии и повышения активности (гипомания или мания) и случаи снижения настроения, резкого снижения энергичности и активности (депрессия). (МКБ-10)

Пограничное расстройство личности (эмоционально неустойчивое расстройство ли́чности, пограни́чный тип, сокр. ПРЛ) — расстройство личности, характеризующееся импульсивностью, низким самоконтролем, эмоциональной неустойчивостью, высокой тревожностью и сильным уровнем десоциализации. Включено в DSM-5 и в МКБ-10 (в последнем считается подвидом эмоционально неустойчивого расстройства личности). Часто сопровождается опасным поведением и самоповреждением. (Википедия).

«Я боюсь, что в любой момент может случиться срыв»

Я могла неделю просто ходить и плакать без причины: кто-то не так посмотрел, что-то не то сказал, и все, слезы и самобичевание «почему я такое ничтожество». А затем я могла проснуться с таким зарядом энергии, что [следующие дни] почти не спала. Постоянно чем-то занималась, десять кружков, куча друзей.

Помните мой пост на фб вчера про Питер? Так вот, я не помню, как, и не понимаю, зачем я решила туда уехать. Я купила билет, оплатила отель. Написала пост о поиске работы там. И сегодня должна была быть уже в СПб. Вечером я вернулась в адекватное состояние, сдала билет, поговорила об этом с парнем.

Мой самый большой страх — что я больше не смогу устроиться на работу.

Я боюсь, что в любой момент может случиться срыв, и я не смогу выйти в офис.

Читать статью  Ковпак третьяк депрессия современные подходы к диагностике и лечению

Иногда случаются панические атаки — я начинаю задыхаться, на меня накатывает страх, что я сейчас умру, голова кружится, сердце выпрыгивает.

Но больше всего меня поражают приступы любви к обществу. Во мне что-то включается (или выключается), и я могу тусить весь вечер, быть в центре внимания, обойти несколько ТЦ, и мне будет круто.

Про депрессию

Я ненавижу периоды, когда я труп, овощ. Я не могу встать, не могу есть, не могу говорить. Я просто лежу лицом в подушку. Периодами на несколько секунд резко поднимается боевой дух, я беру телефон, чтобы позвонить/написать кому-то из друзей и вытащить себя из комнаты. Но это происходит пару раз в день и по несколько секунд. Затем я падаю лицом в подушку и начинаю реветь.

Завтра или послезавтра я встану как ни в чем не бывало и начну жить жизнью успешного, радостного человека ближайшую неделю-две. А потом все вернется снова. Или нет.

18 часов сна. Когда мне в час дня позвонил друг по поводу встречи, а я не могла нормально проснуться, я уже заподозрила неладное. На встречу поехать не смогла, перенесла на вечер. Сейчас встала, пошла на кухню. и разревелась, потому что закончился кофе. Я разбита.

Про манию

Сегодня я вновь встала без будильника в 7 утра, хотя спать легла в три ночи. Переделала кучу дел, проект за проектом. И всего мало и мало! Хочется купить билет в один конец куда-нибудь (но у меня нет денег, от слова совсем). А так бы свалила прямо сейчас. На самом деле я бы хотела остаться в этом состоянии, я чувствую себя такой сильной и смелой)). И не помню подробности тех дней, когда я была трупом. Вот правда не понимаю, зачем, все же классно!

4-й день. Чувство эйфории не проходит до сих пор. Поспала сегодня 4 часа и снова за дела. Это, конечно, очень круто, но меня немного пугает. Я ни о чем не думаю вообще, что может триггернуть, то есть мне просто все равно на тот негатив, о чем я думала неделю назад. Просто хочется постоянно что-то делать, куда-то ехать, общаться, в толпу.

Вот сейчас я в Москве, проснулась у себя дома, чувство, что меня накачали чем-то в прошлый четверг, очень жестким, и отпустило только вчера. Сейчас я просто прикована к кровати, мне хочется пристрелить себя. Позвонила врачу сама. У меня чувство, что это была не я, а другой человек. Которой натворил такой дикой херни, за которую расплачиваться теперь мне.

Про отношения с другими

Привязанность к людям и зависимость от их мнения — мне хочется убить себя за это. Кто-то не так посмотрел, что-то не так сказал, и все, механизм мыслей запущен: «Что я сделала не так? Почему он/она так мне ответил(а)? Я навязчива? Да, конечно я навязчива. Он(а) меня ненавидит» и т. д.

Это может длиться вечно. Я не могу контролировать свои эмоции, я взрываюсь, грублю, а через час эти же самые эмоции я испытываю к себе. А что человек? Я уже его обидела. И ненавижу себя за это. Это невозможно терпеть долго. Мне никогда не построить нормальных человеческих отношений, я не желаю зла людям, я просто. Они не обязаны терпеть мои срывы. Я очень многих дорогих мне людей потеряла только по этой причине, каждый из них мне говорил на прощание «Настя, ты слишком эмоциональна, мне сложно, прости».

Про самоповреждения

Первая попытка суицида у меня случилась в 15 лет, когда я училась в школе. Триггером стала банальная причина — подруга пошла гулять с другой девочкой, а про меня забыла. Я закрылась в ванной с лезвием и ощущением полного ничтожества и опустошения долго плакала, а потом порезала кисть руки. Было много крови.

Ничего не предвещало беды с утра. Вечером была тусовка (без алко, что важно), неудачная шутка, и я закрылась в себе. Через минут двадцать пошла на кухню и проткнула себе три раза руку ножом. Сильно. Зашили.

Меня не покидают мысли о причинении себе вреда. Я не знаю, как от них избавиться. Даже когда мне весело, я веселюсь с друзьями, я думаю: а что если я прыгну сейчас под поезд в метро. Или вот вчера были в ПГ, я думала — а что если сейчас с моста вниз? Когда вижу острые предметы, все время думаю, как они впиваются в руку, и хлещет кровь. Постоянные, навязчивые мысли.

Пожалуйста, не режьте себя! Я понимаю, что в моменты срыва мозг отключается, и нами управляет второе Я. Но с ним можно договориться. Однажды у меня получилось! Холодный душ. Да, все так просто. Засуньте себя под ледяную воду: вы так будете кричать, что все эмоции улягутся.

«Я поверила — меня понимают!»

Последние года четыре для меня были очень сложными: болезненные отношения (со стокгольмским синдромом), месяцы лежания под одеялом без выхода из дома, отсутствие аппетита, минус 6 кг за месяц. И слезы, слезы, слезы. Без причины.

Друзьям было больно на меня смотреть, они не понимали, что со мной. А когда я начала падать в обморок от отсутствия сил и голода — я пошла к врачу.

Мне было страшно, стыдно, непонятно. Первые двадцать минут приема я просто молчала. Мне повезло с врачом.

За первый же прием я прониклась доверием к доктору, мне сказали, что я не одна, и мне помогут. Выписали несколько медикаментов и отпустили. Договорились встретиться через две недели и созваниваться каждые три дня. Самое главное то, что я поверила — меня понимают!

Навязчивое желание броситься под поезд пропало примерно на шестой-седьмой день. Слезы на десятый. Смеяться над тупым мемом с утра, а затем еще весь день с коллегами я начала примерно через две недели. Тревога не проходила, социофобия усиливалась, бессонница так же меня сопровождала. Но в целом я становилась спокойнее и улыбчивее.

Теперь, благодаря психиатру, я знаю причину своих страхов — это боязнь непринятия меня в обществе. Я пытаюсь скрыться и исчезнуть, потому что боюсь, что я не такая, я не смешная, не веселая, несу чушь и вообще, ты видела себя в зеркало?

Не ставьте себе диагнозы самостоятельно!

Если у вас настроение меняется каждый день, это вовсе не значит, что у вас биполярка. Если вам не хочется вставать выходные с дивана — это не депрессия. Резать руки — это не нервный срыв, а вполне может быть обычным желанием обратить на себя внимание. Самолечение ни к чему хорошему не приведет! А сделает только хуже. Быть может, если бы я обратилась к врачу в 18 лет, а не спустя семь [лет после начала болезни], у меня не было бы шрамов на всю жизнь. Как на руках, так и в сердце.

Комментарии специалиста

Старший научный сотрудник ФГБНУ «Научный Центр Психического Здоровья», доцент кафедры психиатрии и психосоматики ПМГМУ им. И. М. Сеченова Виктория Читлова

Клинический случай Анастасии комментирует старший научный сотрудник ФГБНУ «Научный Центр Психического Здоровья», доцент кафедры психиатрии и психосоматики ПМГМУ им. И. М. Сеченова Виктория Читлова .

У Анастасии комплексный диагноз: сочетание биполярного расстройства и пограничного расстройства личности. Для пограничной личности характерны колебания аффекта (смена настроений), но они не достигают той выраженности и продолжительности, как при истинно биполярном расстройстве (БАР).

При пограничном расстройстве личности колебания настроения как правило связаны с ситуациями. При биполярном расстройстве смена аффекта может происходить без реальных причин — под диктовку болезни, психиатры говорят, по эндогенному (внутреннему) механизму. Вывести такого человека из «плохого настроения» хорошей новостью или предложением «не грустить, все будет хорошо» не представляется возможным.

Пограничное расстройство личности является фактором риска для формирования биполярного расстройства. Но их нужно различать.

При биполярном расстройстве, пограничном расстройстве личности и тем более при наложении их друг на друга имеется больший дисбаланс нейрохимических процессов в головном мозгу. Также накладываются представления, травмы, поведенческие схемы, сформировавшиеся внутри личности с детства. Среднестатистический человек стойко реагирует на мелкие стрессы. Его настроение может не снизиться вообще или снизиться не так выражено, как мы наблюдаем у пациентов. Биохимия и когнитивные схемы (навыки, убеждения, шаблоны мышления) последних создают готовность к острому реагированию (мнительность).

«На самом деле я бы хотела остаться в этом состоянии, я чувствую себя такой сильной и смелой»

Одна из характерных черт пограничных личностей — желание постоянно испытывать максимум эмоций , им неприятно состояние спокойствия. Большинство людей с ПРЛ ищут источник адреналина в экстремальных видах спорта, нередко ввязываются в сомнительные компании для того, чтобы пощекотать себе нервы.

А вот прилив энергии, сил, ускорение мыслительной активности, появление больших желаний, масса планов, и все это, как правило, без связи с ситуацией, — важный признак биполярного расстройства, перехода в гипоманиакальную фазу.

Стоит заметить, что у Анастасии маниакальная и депрессивная фазы сменяются достаточно быстро, неклассическим образом. Так называемые быстрые циклы со сменой аффекта в рамках нескольких дней у нее чередуются с более очерченными — фазами депрессии или гипомании по две-три недели. Перекрещиваясь с личностными особенностями (обидчивостью, ранимостью, мнительностью и тревожностью), по факту и для стороннего наблюдателя, настроение у Анастасии сменяется еще чаще, чем фазы собственно биполярного аффективного расстройства. В этом уникальность случая Анастасии.

Важно различать гипоманиакальную и маниакальную фазы.

При гипомании активность у пациента повышена, но сохраняется более или менее конструктивное поведение. Мышление становится продуктивным и активным. Здесь мы не говорим о снижении этики и ухудшения социальных взаимодействий.

Гипомания — очень желаемое для пациентов состояние, они буквально стремятся к нему. В нем пациенты очень продуктивны, успевают поставить на ноги много дел, которые могли забросить во время депрессивных фаз.

Маниакальная фаза биполярного расстройства повышает настроение пациентов, снижая критичность к мыслям и действиям. Могут ухудшиться эмпатическое и этическое восприятие социальных взаимодействий. Человеку очень важно сделать то, что он задумал.

При мании человек не может конструктивно мыслить. Сокращается сон, усиливается или ухудшается аппетит. Пациент имеет кучу планов в голове одновременно, берется за множество дел и ничего не доводит до конца. Совершает иррациональные поступки. В маниакальных ситуациях также могут возникать бредовые идеи (например, идеи величия, особого предназначения, связи с верховными структурами власти и даже божеством).

Когда фаза меняется на депрессивную или нормальную (психиатры называют это ремиссией или эутимией, состоянием ровного настроения) — возвращается критичность к своему состоянию, и человек искренне удивляется тому, что происходило до.

Признаком очередного входа в депрессивное состояние может служить снижение самооценки. Появляются страхи и неуверенность в будущем. Актуализируются базовые травмы, которые не замечаются в нормальном состоянии или повышенном настроении. Например, человек вдруг вспоминает ошибки прошлого и начинает себя за них винить.

«Я живу с этими состояниями с детства, но всегда думала, что это нормально. »

Девушка отмечает, что колебания настроения у нее происходят с детства. К сожалению, наша культура еще не научилась грамотно дифференцировать норму и патологию по этому признаку. Безусловно, состояние Анастасии стоит лечить.

«Если у вас настроение меняется каждый день, это вовсе не значит, что у вас биполярка».

Но есть оборотная сторона, как правильно замечает девушка в одном из высказываний: не все перепады настроения являются депрессией.

Очень важно понимать, что депрессивным эпизодом с точки зрения клинической психиатрии считается ситуация снижения настроения и наличия депрессивных признаков периодом не менее двух недель стабильно .

Грустить три дня — не значит быть в депрессии. Депрессия — системное состояние, которое вовлекает функции всего организма и даже иммунитета.

Поэтому не стоит ставить себе диагнозы самостоятельно.

«Привязанность к людям и зависимость от их мнения — мне хочется убить себя за это. »

Безусловно, оба расстройства могут существенно нарушать взаимодействие с социумом. Неожиданность поступков, истерические состояния, эмоциональные срывы, просьбы доказать свое отношение ставят окружающих в родительскую позицию, это выдерживают не все.

При этом характерная черта пациентов с пограничным расстройством личности — зависимость от значимых людей . Ощущение, что без значимого другого твоя личность пуста, не состоялась. Этим людям постоянно нужно подтверждение со стороны, что ты любим, оценен, важен. Получается замкнутый круг.

«Первая попытка суицида у меня случилась в 15 лет, когда я училась в школе. Триггером стала банальная причина — подруга пошла гулять с другой девочкой, а про меня забыла. »

У пациентов с пограничным расстройством личности зависимость от объектов настолько сильна, что любая конфликтная ситуация может вызвать резкое снижение самооценки и сужение сознания.

Травмирующая информация блокируется, но вместе с ней блокируется и возможность конструктивно мыслить и понимать, что мир не рухнул. Человек не видит перспектив, актуализируются все его былые травмы, происходит катастрофизация мышления. В состоянии диссоциации человек может наносить себе повреждения, пытаясь снять душевную боль.

Диссоциация — психический процесс, относимый к механизмам психологической защиты. Человек начинает воспринимать происходящее с ним как нереальное. Диссоциированная позиция защищает от избыточных, непереносимых эмоций. (Википедия)

«Помните мой пост на фб вчера про Питер? Так вот, я не помню, как, и не понимаю, зачем я решила туда уехать. »

Диссоциативные состояния — характерный симптом для людей с пограничным расстройством личности. В диссоциативном состоянии человек отгораживается от событий реальности и действительно может перемещаться на приличные расстояния, не понимая куда она едет.

Подобный классический пример — история Агаты Кристи. Узнав, что ей изменяет муж, она впала в диссоциативное состояние, села в поезд и уехала в другой город. Там представилась другим именем, временно утратив даже автобиографическую память.

Таким образом психика «убегает» от травмирующей реальности. Это древнейшая форма защиты, цель которой уберечь организм (и психику) от дополнительных стрессовых воздействий.

«Меня не покидают мысли о причинении себе вреда. »

Акты аутоагрессии часто направлены на то, чтобы себя взбодрить, успокоить, разрядиться. Таким образом пациенты пытаются вернуться в реальность. Душ как интуитивный выход — очень хорошее решение. Анастасия взбодрила, отвлекла себя другим образом и суммарно успокоила.

В психиатрии также есть такое понятие — суицидомания. Это способ пациента постоянно держать себя в состоянии «на пределе», как и хроническое самоповреждение. Некий экстремальный вид получения желаемого состояния — схоже с любовью к опасным видам спорта и намеренным попаданием в ситуацию опасности.

Навязчивые состояния нередко сопровождают БАР, но встречаются не у каждого пациента с этим диагнозом. Очевидно, у Анастасии имеются так называемые навязчивости «по контрасту»: в сознании больных возникают представления, противоположные их мировоззрению, этическим установкам. Против воли и желания больных им навязываются мысли о нанесении физического или морального вреда (оскорбления) близким людям или себе. Как и другие мысли навязчивого характера, навязчивости по контрасту воспринимаются пациентом как тягостные, болезненные, от которых они хотели бы, но не могут избавиться усилием воли.

«Мне было страшно, стыдно, непонятно. Первые двадцать минут приема я просто молчала. »

Депрессивное состояние меняет восприятие окружающего и себя. Девушка пишет, что ей страшно, стыдно и непонятно. Хотя ей нечего стыдится в реальности, и ей в принципе ничего не угрожает. Человеку просто сложно понимать, что с ним происходит.

Мы видим классические проявления меланхолической депрессии :

  • апатия (человек лежит, не выходит из дома, не готов к какой-либо деятельности);
  • отсутствие аппетита (потеря веса);
  • плаксивость без причины;
  • заторможенность мышления;
  • нарушение сна;
  • негативные мысли.

Такое состояние можно отнести к средне-тяжелым и тяжелым формам. При крайних формах меланхолической депрессии бывает состояние, когда человек не может даже плакать. Состояния такого уровня тяжести лучше лечить стационарно.

Хорошо, что попав ко врачу, пациентка имела силы и возможность довериться ему. Стоит также отметить тактически грамотное поведение врача, который предложил созваниваться каждые три дня. Замечательно, когда есть такая возможность отслеживать состояние пациента на всех этапах. Пациенту обязательно должно быть комфортно и спокойно.

«Тревога не проходила, социофобия усиливалась, бессонница так же меня сопровождала. Но в целом я становилась спокойнее и улыбчивее. »

Особенность фармакологической терапии — неравномерность улучшений. Например, тревожный компонент вполне может оставаться и на правильно подобранном лечении.

Выздоровление не происходит линейным образом: что-то остается без изменений, случаются срывы. Об этом очень важно предупреждать пациентов.

В целом о том, подходит терапия или нет, врач может судить по двум основным признакам:

  • Минимум побочных эффектов после недели приема препарата (ранее делать выводы мы не можем).
  • Ощутимое улучшение состояния пациента.

С другой стороны, если бы пациентка проходила лечение в стационаре, симптомы могли купировать гораздо быстрее. Не стоит бояться госпитализации в хорошую клинику.

Еще один очень важный момент в терапии. Когда пациенту становится лучше, он может утратить так называемый опыт болезни (забыть, как плохо ему было) и прекратить прием препаратов. Это может привести к эффекту рикошета — резко усилить симптоматику, тревогу, непереносимость состояния. Никогда не отменяйте лечение без контроля врача!

Подписаться на телеграмм-канал Анастасии можно по ссылке: https://t.me/fuckingprl

Целью данной статьи не является выставление диагноза. В статье приведены комментарии врача-психиатра, основанные на анализе материалов, предоставленных добровольно пациентом.

Источник https://journal.tinkoff.ru/live-prl/

Источник https://knife.media/bpd-interview/

Источник https://medalvian.ru/zhurnal/zhizn-s-bipolyarnym-rasstrojstvom/

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: